Когда восстанет немецкий пролетариат?

Когда на федеральных выборах в немецкий Бундестаг 1998 года Герхард Шредер привел свою Социал-демократическую партию к убедительной победе над консерваторами, этот триумф принесли ему лозунги социальных реформ и сокращения безработицы. Что касается второго пункта — количество безработных в Германии за это время увеличилось с 3,8 млн. человек до 4,36 млн. — и это при том, что правительство Шредера с прошлого года больше не учитывает в официальной статистике некоторые категории безработных. Социальные же реформы на шестом году правления «красно-зеленой» коалиции начали проводиться в жизнь — однако, похоже, их эффективность оставляет желать лучшего.

Многие немецкие политологи убеждены, что две партии, входящие в правящую коалицию Германии, СДПГ и «зеленые», лучше всего чувствуют себя в оппозиции. В самом деле: два раза за всю послевоенную историю ФРГ социал-демократы возглавляли правительство, однако оба канцлера, Вилли Брандт и Гельмут Шмидт, вынуждены были уйти со сцены досрочно. Третий социал-демократический канцлер, Герхард Шредер, хотя и был с минимальным перевесом переизбран в 2002 году на второй срок, однако рискует войти в историю страны как самый некомпетентный ее руководитель. Его всеобъемлющая программа социальных реформ «Агенда-2010» была принята «в штыки» не только оппозицией, но и вернейшими избирателями: вот уже больше года немецкие рабочие и служащие, которым Шредер обещал защиту и помощь, выходят на демонстрации и устраивают забастовку за забастовкой.

Герхард Шредер давно уже не рискует появляться на мероприятиях, проводимых профсоюзами: там его регулярно освистывают и сгоняют с подиума. В конце 2004 года вся страна дружно протестовала против шредеровских реформ рынка труда, а сам канцлер обещал: «Вы еще увидите, как все отлично заработает!» В начале 2005 года, когда эти реформы официально вступили в действие, все и впрямь увидели: нет, не заработало. Стало хуже. Евросоюз худо-бедно, но преодолел затянувшийся экономический кризис, однако в Германии он по-прежнему продолжается.

В чем же заключаются реформы, на которые Шредер возлагал и возлагает столь радужные надежды? Их можно распределить по трем основным, тесно между собой взаимосвязанным группам: реформы рынка занятости и трудового законодательства, реформа системы здравоохранения и пенсионного обеспечения, а также социальная реформа. С начала этого года, к примеру, в Германии больше не существует раздельной выплаты социальной помощи и пособий по безработице: эти две категории отныне уравниваются и называются «пособием по безработице-2».

Проблема заключается в том, что так называемые «социальщики», а их в стране около миллиона, получают весьма ощутимую прибавку, не пошевелив ради этого и пальцем, в то время как 4 млн. безработных, у которых, пока они работали, исправно высчитывали налог на социальное страхование, разом лишились более чем трети своих денег. Мало того, если ранее безработному, получающему пособие, позволялось иметь побочный заработок — в среднем около 90 евро в месяц (не ахти какая сумма для Германии, однако все же довольно неплохой стимул для поиска хоть какой-нибудь работы), то теперь эта сумма сократилась... до 15 евро. Шредер утверждает, что подобная жесткость подвигнет безработных активнее искать работу — на самом же деле, статистика утверждает обратное: безработица в стране растет. Кроме того, подобная уравниловка не только «экспроприирует» в пользу государства немалые страховые суммы, выплаченные теми немцами, кто трудится в поте лица своего, но и создает социальное напряжение, ставя на одну доску тех, кто оказался без работы в силу неблагоприятных обстоятельств, и тех, кого в Германии принято называть Sozialschmarotzer — «социальных тунеядцев».

Среднестатистический немец сегодня с готовностью подпишется под известной русской поговоркой «С трудов праведных не наживешь палат каменных». Официальные пенсии, заработанные представителями среднего класса, по немецким меркам оказываются весьма невелики, да еще к тому же и облагаются налогами. До недавнего времени поэтому многие немцы дополнительно заключали еще и частные пенсионные страховые договоры, позволяющие пожилым людям получать солидную прибавку, да к тому же еще и не облагаемую налогами. С 2005 года любые виды пенсионного страхования в ФРГ облагаются налогами — так что будущие пенсионеры, не успевшие оформить свои договоры до конца 2004 года, вынуждены будут не только переплачивать, но и лишатся части своих будущих денег.

Что касается системы здравоохранения, то ее реформа «постигла» пациентов еще год назад: каждый немец (кроме депутатов Бундестага, кстати) обязан теперь раз в квартал при посещении своего лечащего врача платить 10 евро — причем деньги эти идут не врачу, а пересылаются в соответствующую больничную кассу. Доктор лишь выдает справку об уплате, предъявляемую пациентами при посещении других врачей. Если кто, не дай Бог, забудет ее — придется платить еще 10 евро. Исключение составляют лишь дантисты: визит к зубному обходится в 10 евро в квартал, независимо от выплаты обязательного «оброка». Министр здравоохранения ФРГ Улла Шмидт (по образованию, кстати, вовсе не медицинский работник, а учительница так называемой «Sonderschule» — школы для умственно отсталых детей) пообещала, что с введением нового налога ежемесячные взносы клиентов больничных касс будут уменьшены. С тех пор прошло уже больше года, бюджет больничных касс успешно вышел из «минуса», однако за это время размер выплат не только не уменьшился, но и два раза повышался. С госпожи Шмидт взятки гладки: она не властна отдавать распоряжения директорам больничных касс...

Большинство немецких избирателей чувствуют себя обманутыми, однако сознают: приди к власти оппозиция, она также проводила бы не менее жесткие реформы: казна государства опустела и чтобы наполнить ее и сохранить хотя бы остатки некогда надежной и стабильной социальной системы страны, волей-неволей придется потуже затянуть пояса. Однако нынешнее правительство Германии, и в этом состоит суть претензий уже консервативно-либеральной оппозиции, проводит собственные реформы таким образом, что они не поправляют государственные дела, а лишь ухудшают положение большинства населения ФРГ. Лучшим доказательством тому может служить тот факт, что вот уже третий год подряд Германия вынуждена нарушать предписанный Европейским пактом о стабильности трехпроцентный порог дефицита госбюджета. В бюджете на 2005 год, в частности, предусмотрено, что немецкое правительство возьмет в долг 22 млрд. евро — это при том, что уже сейчас гора долгов немецкой державы так высока, что каждый ныне живущий немец, независимо от возраста и материального положения, должен тем или иным государствам, банкам или страховым компаниям более 1,3 тыс. евро за свою страну.

Борис Немировский. Германия

http://www.rosbalt.ru/2005/01/22/193328.html